Подпишитесь на наши новости
Вернуться к началу с статьи up
 

КУ́РИЦЫН

Авторы: В. Д. Назаров

КУ́РИЦЫН Фё­дор Ва­силь­е­вич (? – 1500), рус. гос. дея­тель и ди­пло­мат, пи­са­тель, гла­ва моск. круж­ка ере­ти­ков; пер­вый дьяк Каз­ны (с кон. 1480-х гг.). Стар­ший брат И. В. Ку­ри­цы­на Вол­ка, отец А. Ф. Ку­ри­цы­на.

Карь­е­ра К. на­ча­лась, ве­ро­ят­но, в 1470-х гг.: дьяк ве­ли­ко­кня­же­ской Каз­ны (не позд­нее 1482), с кон. 1480-х гг. пер­вый её дьяк, спе­циа­ли­зи­ро­вав­ший­ся гл. обр. на внеш­не­по­ли­тич. дея­тель­но­сти. Вхо­дил в со­став бли­жай­ше­го двор­цо­во-при­каз­но­го ок­ру­же­ния вел. кн. мо­с­ков­ско­го Ива­на III Ва­силь­е­ви­ча. В 1482 К. по­слан в Венг­рию для за­клю­че­ния с ко­ро­лём Мать­я­шем Хунь­я­ди со­юз­но­го до­го­во­ра, на­прав­лен­но­го про­тив Ягел­ло­нов и Габс­бур­гов. Вер­нул­ся в Мо­ск­ву в со­про­во­ж­де­нии молд. по­сла к авг. 1485 по­сле дли­тель­но­го пре­бы­ва­ния в Ак­кер­ма­не (ны­не г. Бел­го­род-Дне­ст­ров­ский), где был за­клю­чён под стра­жу ме­ст­ны­ми тур. вла­стя­ми. При­ни­мал ак­тив­ное уча­стие в рус.-венг. (по 1489) и рус.-молд. (с кон. 1480-х гг.) пе­ре­го­во­рах в Мо­скве. При приё­мах по­слов Свя­щен­ной Рим. им­пе­рии Ива­ном III и в хо­де пе­ре­го­во­ров с ни­ми в 1489, 1490, 1492 вы­сту­пал с от­ве­та­ми и «ре­ча­ми» от име­ни вел. кня­зя. В ча­ст­но­сти, на пред­ло­же­ние имп. Фрид­ри­ха III по­жа­ло­вать вел. кн. мо­с­ков­ско­му ти­тул ко­ро­ля (1489) К. за­чи­тал от­вет-от­каз (ско­рее все­го, имел к его фор­му­ли­ро­ва­нию са­мое не­по­сред­ст­вен­ное от­но­ше­ние), в ко­то­ром об­ос­но­вы­ва­лись бо­же­ст­вен­ное про­ис­хож­де­ние вла­сти вел. кня­зей мо­сков­ских и её на­след­ст­вен­ный ха­рак­тер. При­нимал уча­стие в об­су­ж­де­ни­ях с им­пер­ским по­слом (1492) во­про­сов о воз­мож­ном про­тек­то­ра­те Рус. гос-ва над Тев­тон­ским ор­де­ном и ха­рак­те­ре взаи­мо­от­но­ше­ний с Ли­вон­ским ор­де­ном. Вес­ной 1493 вёл пе­ре­го­во­ры в Мо­ск­ве с по­слом кн. Кон­ра­да Ма­зо­вец­ко­го [о пред­по­ла­гав­шем­ся сою­зе про­тив Вел. кн-ва Ли­тов­ско­го (ВКЛ), а так­же о воз­мож­ном бра­ке Кон­ра­да с од­ной из до­че­рей Ива­на III], в окт. 1494 – с пос­ла­ми Ган­зы. В 1491–1500 ак­тив­ный уча­ст­ник рус.-ли­тов. пе­ре­го­во­ров. В отд. слу­ча­ях толь­ко К. по­сле «ре­чей» вел. кня­зя по­слу вы­сту­пал с от­ве­та­ми (1491). К. был в со­ста­ве «от­вет­ной ко­мис­сии» на ре­шаю­щих пе­ре­го­во­рах в янв. – февр. 1494, он за­чи­ты­вал под­го­тов­лен­ный под его кон­тро­лем рус. текст Мо­с­ков­ско­го ми­ра 1494 и осо­бые гра­мо­ты, ого­ва­ри­вав­шие ус­ло­вия жиз­ни (в т. ч. в от­но­ше­нии ре­лиг. об­ряд­но­сти) княж­ны Еле­ны Ива­нов­ны по­сле бра­ко­со­че­та­ния с вел. кн. ли­тов­ским Алек­сан­дром. К. имел пря­мое от­но­ше­ние к фор­му­ли­ров­ке ти­ту­ла Ива­на III в рус. эк­зем­п­ля­рах до­ку­мен­тов. В мар­те – мае 1494 К. вхо­дил в со­став рус. по­соль­ст­ва в ВКЛ, от­прав­лен­но­го для ра­ти­фи­ка­ции вел. кн. ли­тов­ским за­клю­чён­но­го до­го­во­ра и со­гла­ше­ний по по­во­ду бра­ка. К. при­ни­мал ак­тив­ное уча­стие в рус.-ли­тов. пе­ре­го­во­рах в Мо­ск­ве по про­бле­мам не­соблю­де­ния ус­ло­вий Мо­с­ков­ско­го ми­ра 1494 (пре­ж­де все­го в от­но­ше­нии Еле­ны Ива­нов­ны), пре­сле­до­ва­ния пра­во­слав­ных (гл. обр. знат­ных лиц и слу­жи­лых лю­дей), по по­гра­нич­ным спо­рам и вра­ж­деб­ным дей­ст­ви­ям ВКЛ на ме­ж­ду­нар. аре­не (во­зоб­нов­ле­ние ан­ти­рус­ско­го сою­за с Боль­шой Ор­дой, ог­ра­ни­че­ние про­пус­ка рус. ди­пло­ма­тов и куп­цов че­рез ли­тов. тер­ри­то­рию), ума­ле­нию ти­ту­ла Ива­на III и др. По всей ви­ди­мо­сти, К. сыг­рал важ­ную роль в фор­му­ли­ро­ва­нии твёр­дой не­га­тив­ной по­зи­ции рус. сто­ро­ны по от­ноше­нию к дей­ст­ви­ям ли­тов. сто­ро­ны, ре­зуль­та­том че­го ста­ла рус.-ли­тов. вой­на 1500–03. В 1497 К. «име­нем вел. кня­зя» от­ве­чал но­гай­ско­му по­слу, в кон. 1499 – нач. 1500 уча­ст­во­вал в пе­ре­го­во­рах с по­слом крым­ско­го ха­на Менг­ли-Ги­рея I и по­слан­ни­ком ка­фин­ско­го па­ши. В апр. 1500 вёл от­ветств. пе­ре­го­во­ры с ли­тов. по­сла­ми в ус­ло­ви­ях поч­ти на­чав­шей­ся вой­ны с ВКЛ.

Раз­но­об­раз­ной бы­ла и внут­ри­по­ли­тич. дея­тель­ность К. Он под­пи­сал ряд док­лад­ных су­деб­ных спи­сков по ре­ше­ни­ям вел. кн. мо­с­ков­ско­го Ива­на Ива­но­ви­ча Мо­ло­до­го (ок. 1485–90), кн. Ва­си­лия Ива­но­ви­ча (бу­ду­ще­го вел. кн. мо­с­ков­ско­го Ва­си­лия III Ива­но­ви­ча; ок. 1491–93), гла­вы Боль­шо­го двор­ца кн. П. В. Ве­ли­ко­го (ок. 1495–98). В но­яб. 1490 им под­пи­са­на жа­ло­ван­ная гра­мо­та Ива­на III перм­ско­му еп. Фи­ло­фею, гл. пунк­том ко­то­рой, на­ря­ду с фик­са­ци­ей епи­скоп­ских вла­де­ний, бы­ла час­тич­ная кон­фи­ска­ция за­хва­чен­ных ка­фед­рой зе­мель с воз­вра­том их в ста­ту­се во­ло­стей с без­услов­ным за­пре­том про­да­жи, за­кла­да, вкла­дов по ду­ше во­ло­ст­ных тер­ри­то­рий цер­ков­ным кор­по­ра­ци­ям. В ию­ле 1497 К. под­пи­сал под­го­тов­лен­ную под его кон­тро­лем жа­ло­ван­ную ме­нов­ную гра­мо­ту Ива­на III удель­ным князь­ям Фё­до­ру и Ива­ну, сво­им пле­мян­ни­кам, сы­новь­ям во­лоц­ко­го и руз­ско­го кн. Бо­ри­са Ва­силь­е­ви­ча. Уни­каль­но ис­поль­зо­ва­ние в этом пуб­лич­ном «внут­рен­нем» до­ку­мен­те ти­ту­ла из ди­пло­ма­тич. тек­стов («Мы, Иван, Бо­жи­ею ми­ло­стию го­су­дарь всея Ру­си и ве­ли­кий князь…»); пе­чать гра­мо­ты – пер­вый слу­чай при­ме­не­ния но­во­го гер­ба с изо­бра­же­ни­ем дву­гла­во­го ор­ла. По мне­нию ря­да ис­сле­до­ва­те­лей, К. с бра­том Ива­ном при­ня­ли ак­тив­ное уча­стие в со­став­ле­нии Су­деб­ни­ка 1497 (см. Су­деб­ни­ки 15–16 вв.). С 20.10.1495 по 24.3.1496 К. со­про­во­ж­дал Ива­на III в по­езд­ке в Нов­го­род (на­зван вто­рым сре­ди дья­ков).

Не­со­мнен­но, что К. ак­тив­но уча­ст­во­вал в раз­ра­бот­ке по­ли­тич. док­три­ны рус. го­су­дар­ст­вен­но­сти, бо­же­ст­вен­но­го ха­рак­те­ра на­следств. вла­сти вел. кня­зей мо­с­ков­ских, пре­ж­де все­го в сфе­ре ди­пло­ма­тии. Пе­ру К., по мне­нию боль­шин­ст­ва учё­ных, при­над­ле­жит «По­весть о Дра­ку­ле» («Ска­за­ние о Дра­ку­ле вое­во­де»; су­дя по упо­ми­на­ни­ям в тек­сте, оно на­пи­са­но рус. че­ло­веком, по­бы­вав­шим в 1-й пол. 1480-х гг. в Венг­рии и Мол­да­вии с груп­пой со­оте­че­ст­вен­ни­ков). Ос­но­ван­ный на уст­ных рас­ска­зах о «зло­му­дром» и весь­ма жес­то­ком мо­нар­хе текст не да­ёт од­но­знач­ной его оцен­ки. Ти­ра­нич. спо­соб прав­ле­ния, не­аде­к­ват­ные, по­рой изу­вер­ские спо­со­бы каз­ни со­вме­ще­ны в об­ра­зе Дра­ку­лы с не­уто­ми­мым стрем­ле­ни­ем «из­вес­ти в сво­ей зем­ле» лю­бое «зло» (во­ров­ст­во, раз­бои, лже­сви­де­тель­ст­во, иные «не­прав­ды») и по­ка­рать ви­нов­но­го смерт­ной каз­нью вне за­ви­си­мо­сти от его со­ци­аль­но­го ста­ту­са. При этом ав­тор ут­вер­жда­ет цен­ность са­мо­го ста­ту­са «ве­ли­ко­го го­су­да­ря». Ско­рее все­го, К. имел пря­мое от­но­ше­ние к ве­ли­ко­кня­же­ско­му ле­то­пи­са­нию, в ча­ст­но­сти к со­став­ле­нию т. н. сво­да 1500 го­да (от не­го со­хра­нил­ся пер­во­на­чаль­ный чер­но­вой ва­ри­ант за осень 1497 – ле­то 1500), со­дер­жа­ще­го важ­ные из­вес­тия о по­ли­тич. борь­бе в Рус. гос-ве в 1497–99.

Един­ст­вен­ным под­пи­сан­ным К. со­чи­не­ни­ем (ав­тор­ская под­пись за­шиф­ро­ва­на) яв­ля­ет­ся «Лао­ди­кий­ское по­сла­ние» (и, воз­мож­но, «На­писа­ние о гра­мо­те», со­сед­ст­вую­щее с ним в ря­де ру­ко­пи­сей и свя­зан­ное по смыс­лу). Крат­кость тек­ста, свое­об­ра­зие фор­мы (по­сла­ние со­сто­ит из сти­хотв. вве­де­ния, где ка­ж­дая стро­фа на­чи­на­ет­ся с по­след­не­го сло­ва пред­ше­ст­вую­щей, и осо­бой таб­ли­цы из двух ря­дов букв в ал­фа­вит­ном по­ряд­ке с ком­мен­та­рия­ми к ним), мно­же­ст­вен­ность ре­дак­ций со­чи­не­ния (не ме­нее трёх) по­ро­ди­ли ряд ин­тер­пре­та­ций фи­ло­соф­ско-мис­тич., крип­то­гра­фич. и грам­ма­тич. ха­рак­те­ра. Ве­ро­ят­но, ав­тор ори­ен­ти­ро­вал­ся на гре­ко­хри­сти­ан­ские ис­точ­ни­ки, при этом его по­ни­ма­ние идеи сво­бо­ды во­ли («ду­ша са­мо­вла­ст­на, ог­ра­да ей ве­ра») бы­ло за­мет­но ши­ре ин­тер­пре­та­ции, при­ня­той в пра­во­слав­ном ве­ро­уче­нии. С ус­та­нов­ка­ми «Лао­ди­кий­ско­го по­сла­ния» пе­ре­кли­ка­лись идеи «На­пи­са­ния о гра­мо­те» о «са­мо­вла­стии ума», дан­но­го че­ло­ве­ку Бо­гом (толь­ко че­ло­век, ов­ла­дев­ший «гра­мо­той», об­ла­да­ет ис­тин­ной сво­бо­дой во­ли).

Вско­ре по­сле воз­вра­ще­ния К. из Венг­рии об­ра­зо­вал­ся моск. кру­жок ере­ти­ков. По разл. ис­точ­ни­кам, в не­го, по­ми­мо К., вхо­ди­ли его брат Иван, дво­ро­вой сын бо­яр­ский Дмит­рий Ко­но­п­лёв, моск. дья­ки Ис­то­ма и Свер­чок, моск. куп­цы И. Зу­бов, С. Клё­нов, из­вест­ный пи­сец Иван Чёр­ный и др. Их соб­ра­ния по­се­ща­ли так­же пе­ре­брав­шие­ся в Мо­ск­ву нов­го­род­ские ере­ти­ки, в т. ч. про­то­поп Ус­пен­ско­го со­бо­ра Мо­с­ков­ско­го Крем­ля Алек­сей и свящ. Ар­хан­гель­ско­го со­бо­ра Мо­с­ков­ско­го Крем­ля Де­нис.

Об­ви­не­ния К. в ере­си впер­вые поя­ви­лись в 1490 в по­сла­ни­ях нов­го­род­ско­го ар­хи­еп. Ген­на­дия моск. митр. Зо­си­ме и со­бо­ру «на ере­ти­ки», при этом об­ли­че­ний соб­ст­вен­но ере­тич. воз­зре­ний К. в них нет. В при­го­во­ре со­бо­ра 1490 имя К. во­об­ще не упо­мя­ну­то, а на­ка­зания нов­го­род­ских ере­ти­ков ни­как не ска­за­лись на его по­ло­же­нии при дво­ре и в ок­ру­же­нии Ива­на III, на­обо­рот, в 1490-е гг. оно ук­ре­пи­лось, а по­ли­тич. зна­че­ние К. за­мет­но уси­ли­лось. Не­при­ми­ри­мый про­тив­ник К. – Ио­сиф Во­лоц­кий пи­сал о том, что вел. князь «во всем... по­слу­ша­ше» К. и по­сле 1502 го­во­рил ему о сво­ей ос­ве­дом­лён­но­сти о ере­си (от­лич­ной от нов­го­род­ской), сто­рон­ни­ком ко­то­рой яв­лял­ся Ку­ри­цын.

Позд­ней­шие об­ли­че­ния К. и чле­нов его моск. круж­ка по­сле со­бо­ра 1504 бы­ли яв­но тен­ден­ци­оз­ны­ми, и очень со­мни­тель­но, что они со­от­вет­ст­во­ва­ли дей­ст­ви­тель­но­сти. Су­дя по отд. ука­за­ни­ям, сле­ду­ет го­во­рить о кри­тич. от­но­ше­нии К. и др. моск. ере­ти­ков к свя­то­оте­че­ским тек­стам (в т. ч. и в ка­но­нич. во­про­сах), об от­рица­нии ими мо­на­ше­ст­ва и мо­на­сты­рей как ин­сти­ту­та цер­ков­ной жиз­ни, а со­от­вет­ст­вен­но и цер­ков­но­го зем­ле­вла­де­ния, пре­им. мо­на­стыр­ско­го.

Су­дя по ря­ду кос­вен­ных ука­за­ний, К. умер ес­теств. смер­тью не позд­нее ле­та 1500, не бу­ду­чи в опа­ле.

Лит.: Ба­зи­ле­вич К. В. Внеш­няя по­ли­ти­ка рус­ско­го цен­тра­ли­зо­ван­но­го го­су­дар­ст­ва. Вто­рая по­ло­ви­на XV в. М., 1952; Ка­за­ко­ва Н. А., Лу­рье Я. С. Ан­ти­фео­даль­ные ере­ти­че­ские дви­же­ния на Ру­си XIV – на­ча­ла XVI в. М.; Л., 1955; Лу­рье Я. С. Идео­ло­ги­че­ская борь­ба в рус­ской пуб­ли­ци­сти­ке кон­ца XV – на­ча­ла XVI в. М.; Л., 1960; он же. Две ис­то­рии Ру­си XV в. СПб., 1994; Кли­ба­нов А. И. Ре­фор­ма­ци­он­ные дви­же­ния в Рос­сии в XIV – пер­вой по­ло­ви­не XVI в. М., 1960; Каш­та­нов С. М. Со­ци­аль­но-по­ли­ти­че­ская ис­то­рия Рос­сии кон­ца XV – пер­вой по­ло­ви­ны XVI вв. М., 1967; Ве­се­лов­ский С. Б. Дья­ки и подь­я­чие XV–XVII вв. М., 1975; Ка­за­ко­ва Н. А. Рус­ско-ли­вон­ские и рус­ско-ган­зей­ские от­но­ше­ния. Ко­нец XIV – на­ча­ло XVI в. Л., 1975; Хо­рош­ке­вич А. Л. Рус­ское го­су­дар­ст­во в сис­те­ме ме­ж­ду­на­род­ных от­но­ше­ний кон­ца XV – на­ча­ла XVI в. М., 1980; Зи­мин А. А. Рос­сия на ру­бе­же XV–XVI сто­ле­тий. М., 1982; Ту­ри­лов А. А., Чер­не­цов А. В. К куль­тур­но-ис­то­ри­че­ской ха­рак­те­ри­сти­ке ере­си «жи­дов­ст­вую­щих» // Гер­ме­нев­ти­ка древ­не­рус­ской ли­те­ра­ту­ры XI–XVI вв. М., 1989. Сб. 1; Бу­лы­чев А. А. По­том­ки «му­жа че­ст­на» Рат­ши. Ге­неа­ло­гия дво­рян Ка­мен­ских, Ку­ри­цы­ных, Вол­ко­вых-Ку­ри­цы­ных. М., 1994; Гри­го­рен­ко А. Ю. Ду­хов­ные ис­ка­ния на Ру­си кон­ца XV в. СПб., 1999.

Вернуться к началу